Политические теории почти не находят места в разговорах о науке и критическом мышлении. И мне нередко задают вопрос – а почему?

Не могу сказать за всех, но я обратил внимание на то, что участники беседы, которые в любом другом случае аккуратно ищут исследования в научной литературе, в разговорах про политические теории имеют тенденцию не замечать, что, вообще говоря, все эти теории — ненаучны.

Неважно о чём речь – капитализм, коммунизм, анархизм, феодализм — сегодня можно уверенно сказать, что риторика в пользу каждой из этих концепций по большей части нефальсифицируема, а типичная дискуссия по теме является гонкой по наслаиванию логических ошибок, полемических приёмов и демонстрацией темперамента.

Если некто критикует капитализм, его апологет с готовностью скажет, что в США капитализм ненастоящий. Если критикуется коммунизм, любые примеры из истории СССР делаются нерелевантными по той же причине отсутствия «истинного коммунизма» в СССР. И так рассуждают люди, которые в другом случае обязательно бы заклеймили подобное поведение интеллектуально нечестным. Тем не менее, использование уловки «истинного шотландца» в политических спорах скорее правило, а перевод политических моделей в умозрительные исключает контролируемое наблюдение напрочь.

Определения социализма, капитализма и анархизма меняются в зависимости от участников беседы. Причём не так, как может меняться определение атома в научном дискурсе, а кардинально, так что от изначального термина, смиренно глядящего на нас со страниц энциклопедий, не остаётся ничего.

И причина, как мне кажется, здесь в том, что вопрос социального устройства важный, а достоверной информации, увы, немного.

А, собственно, с каких пор работы политических теоретиков — это наука? Или политические теории — это исключения, не требующие фальсифицируемости и независимой перепроверки? В нашей стране, например, немало любителей «научного коммунизма», но неясно как добавление приставки «научный» может повлиять на содержание предмета. В случае других дисциплин они просят проверяемые эксперименты, научные публикации, перепроверку, а здесь почему-то достаточным оказывается термина!

Так что не удивительно, что политические теории скептиками редко обсуждаются. Это может быть вовлекающим интеллектуальным занятием, но это не научное знание и на сегодняшний день не похоже, чтобы оно им становилось.

Конечно, это не значит, что мы вообще ничего достоверного не можем сказать про политику. Если взять, скажем, медицину, медицинская практика далеко не всегда была доказательной и даже сегодня не сразу переходит в этот статус. Лишь последние несколько десятилетий сформировали столь высокое качество обоснования, что нынче существуют не то что исследования, а несколько категорий исследований, которые методика или медикамент должны пройти, со всё более строгим контролем и увеличивающимся масштабом участников. Но ясно, что до этого мы всё же не были совсем невеждами, и из того опыта, что у нас был, всё-таки могли выявить немало полезных закономерностей.

С политикой ситуация та же самая. Практического опыта у нас немало, но действительно научный материал по большому счёту отсутствует. Политика ещё не перешла в статус доказательной. А пока это не произошло, интеллектуально честная дискуссия о политике будет малосодержательна.

Кирилл Алферов, 12 июля 2014